ДЕВАДАСИ

Легендарные храмовые танцовщицы Индии.

Сложно представить себе класс, когда-то столь почитаемых, а впоследствии так опозоренных людей, как девадаси. Тысячелетиями высокообученные танцовщицы наполняли индийские храмы молитвенными песнопениями и неизменными ритуальными танцами. Но в начале XX века христианское влияние вдохновило сообщество англизированных индийцев избавить Индию от подобной "отсталости". Они приравняли девадаси к блудницам и объявили их вне закона в том числе и на юридическом уровне. Немногие индуисты сами знают об этом. Непостижимо как общество, которое сначала называло девадаси "нитья сумангали", что значит вечносчастливая невеста, смогло впоследствии вышвырнуть их на улицу.

Девадаси никогда не выходили замуж в привычном понимании. Они воспитывались в храме, проводя свое время в упорных тренировках, в возрасте 16 лет ее церемониально отдавали замуж
за Бога или Богиню. День девадаси проходил так: она вставала до рассвета, пела молитву и зажигала храмовые лампы, а затем танцевала во время пуджи, фестивалей и процессий – ритуалов посвящённых Божеству. Пока священнослужитель проводил пуджу, она пела церемониальные песни, преподнося цветы и покачивая богато украшенную лампу.

Оригинал фото:
http://planetguide.ru/academy/entry/493/
Величественное танцевание превращало храмовую церемонию в прекрасное представление, возвышающее во всех смыслах, как шакти проистекает их Махадевы. В порядке вещей было то, что Девадаси избирала себе покровителя из общины, для продолжения рода. Он должен был быть «религиозным человеком высокого положения, вкуса, здоровья и чтить традиции», так как от этого зависело будущее воспитание их потомства. Обычно уважаемые старейшины общины совершали этот выбор для девадаси. Чаще выбор падал на представителей высшей варны - брахманов. Девадаси могла сменить патрона при крайней необходимости. Она никогда не готовила для него; оставаясь в его доме, она выполняла обычные супружеские обязанности. Дети, рожденные от такого альянса, признавались детьми девадаси и обучались музыке и танцам. Сыновья никогда не становились храмовыми танцовщиками, но вырастали в наставников, преподавателей танцев, (natuvanar – учитель танца) и учили юных девушек, для которых становились отцами.

Оригинал фото:
http://ww.itimes.com/photo/lesser-known-facts-about-devadasis-pics
Это были те самые наттуванары, которые защищали девадаси и следили за их счастьем и благополучием. Подобная уникальная традиция была единственным путем индуистского общества гарантированно сохранить классическое искусство, как закрытое, сакральное, а не как доступное для масс. Брак девадаси с божеством был гораздо больше, чем формальная духовная договоренность. Этот брак был насущной необходимостью и потребностью, потому что, требования, которые предъявляло общество к женщине как к члену семьи – дочке, жене или матери очень обременительны, только незамужняя женщина могла уделять достаточное количество времени и энергии для достижения высокого уровня мастерства в классическом искусстве.«Они могли практиковаться и выступать весь день напролет и не заботиться ни о чем другом», – говорит Митхили Кумар, известная танцовщица контемпорари, проходившая обучение у девадаси. «Даже если у них была какая-то семья, они не должны были или не хотели действительно беспокоиться о других вещах. В этом состоит разница между обучением танцевальному искусству тогда и сейчас, сейчас современная девушка обучается в соответствии с принципом , на первом месте семья и только после нее искусство.
Хорошо это или плохо зависит от того, как на это посмотреть. Это действительно все сводит к приверженности к искусству. Для Девадаси же, главное – искусство и только потом семья.

Запятнанное восприятие Девадаси объясняется существованием в индийском обществе ряда других классов девушек танцовщиц кроме девадаси. Значительная часть негативного восприятия переходит к девадаси от постоянного смешения девадаси с такими объединениями. Ими были знаменитые Ганики, высокообученные танцовщицы-куртизанки, такие как Амбапали, с которой однажды обедал Будда. Мусульманское сообщество спровоцировало возникновение целого класса танцовщиц и певиц, которые развлекали их во время местных собраний. На таких собраниях присутствовали также танцовщицы, которых можно было назвать «публичными женщинами».

Проституция в древней Индии была узаконена и регулировалась государством. В свою очередь, государство облагало проституцию налогом, снабжало лицензией практикующих, следило за их здоровьем, вело учет и контроль всех девушек.
В попытке обесценить индуизм, ряд западных ученых классифицирует деадаси как таких публичных женщин.
Одна из наиболее широко цитируемых энциклопедий по индуизму в мире, «Индуистский мир» клеветнически пишет : «Институт храмовой проституции был распространен в Индии вплоть до конца прошлого столетия. Большие храмы в Мадуре, Канчипураме и в Танжуре работали как бордели."

К такому необоснованному выводу привела храмовая надпись в которой было просто сказано, что храме в Танжуре насчитывает 400 Девадаси. После того как девадаси были изгнаны из храмов большинство из них потеряло смысл жизни. Некоторые из них были вынуждены прибегнуть к нелестным заработкам на существование, от этого факта они страдают по сей день. Пока правительство сегодня периодически пытается «реабилитрировать» их, сами девадаси и симпатизирующие им, все смелее просят более активного решения проблемы.
САРИД МАНИКЬЯМА
Интервью Виджайя Шанкара с Сарид Маникьяма, которая была инициирована ребенком в двух храмах Андхра-Прадеш. Она была самой известной танцовщицей в своих храмах вплоть до 1947 года, когда правительство запретило традицию девадаси. Она боролась в одиночку, в условиях крайней нищеты, пока ее не нашел один ученый (Натараджа Рамакришна), нанявший её для преподавания танца в его институте. Он сам был увлечен традиционным искусствами.

Сегодня, Сарид ведет уединенную жизнь в Хайдарабаде. В 1991 году она была удостоена престижной премии от Центральной Академии Сангит Натак (индийская государственная академия музыки, танца и драмы) за ее выдающийся вклад в искусство как танцовщицы. В этом уникальном интервью идет речь о ее прошлом.
ИС: Вы могли бы рассказать нам о своем посвещении в храмовые танцовщицы?

СМ: Я была инициирована в возрасте 11 лет в храме Мадана Гопаласвами (посвященный Кришне) и Рукмини (посвященный богине Лакшми) в городе Баллападу. Я никогда не придавала значения тому, что я делаю. Будучи послушным ребенком, я исполняла то, что старшие просили меня делать. Мой день начинался с молитвенного богослужения рано утром (Супрабхатам) и продолжался до молитвы Экантасева поздней ночью, я выступала а нескольких ритуалах в храме, некоторые из них были танцами. По вечерам иногда люди стихийно приходили во время почитания божества и Астана Утсвам (праздник заката солнца). Это было как программой для развлечений так и имело глубокий ритуальный смысл. Многие поколения моей семьи были преданы храму. Моя бабушка Сешамма и обе тетки по отцовской линии Митьям и Мдрухам были храмовыми танцовщицами до меня. Я училась танцу у своих предков, но были у меня и другие учителя. Рудрабхатла Рамамурти был истинным гуру-наставником храма. Я училась под его руководством достаточно долгое время.

Оригинал фото:
http://www.thehindu.com/todays-paper/tp-features/tp-fridayreview/veneration-through-dance/article2854963.ece
Но возникли разногласия между ним и храмовым руководством, и ему пришлось уйти. В качестве его замены был назначен другой наставник – Пуругхалла Саббайах. Он одновременно был учителем танцев и учителем музыки. Он научил меня абхинайе (актерское мастерство в индийском театре), мимической выразительности и Адхьятме Рамаяне (более поздний текст Рамаяны, в котором Рама изображается богом).

ИС: Хорошо известно, что, хотя храмы закрыты для девадаси, обычай посвящать девочек божеству по прежнему распространен в некоторых частях Индии. Многие из них потом зарабатывают на жизнь пением и попрошайничеством. Это практически неузнаваемая мутация оригинальной системы (девадаси). Правительство сейчас преследует этих девочек. Что вы об этом думаете?

СМ: Гонения против системы Девадаси вряд ли имеет какое-либо значение. То, что правительство действительно должно сделать, так это реабилитировать девадаси путем удовлетворения их первых потребностей и предоставлением профессиональной помощи, а кроме этого поощрять их художественный талант вместо того, чтобы смотреть на них сверху вниз. Это несправедливо винить только Девадаси в произошедшем, ведь общественность тоже должна быть ответственна за упадок и деградацию Девадаси. Множество Девадаси оставили на произвол судьбы и они ведут уединенный образ жизни.

ИС: Расскажите нам о храмах с которыми Вы были связаны в Баллападу.

СМ: Эти два храма растянулись больше чем на 136 акра (около 50 гектар). Это был действительно богатый надел, учитывая те времена. Весь доход храма тратился только на Божество, на ежедневные и другие праздники, на фестивали и на содержание танцовщиц, музыкантов, слуг и так далее. Я была самой известной, пока пожертвования не отменили, как и систему Девадаси в 1930-х годах.

ИС: Как это повлияло на вашу жизнь?

СМ: Я помню, это было около пятидесяти лет назад, внезапно служители храма были распущены. Я не знала куда идти, я почувствовала себя несчастной. Мы вели безнадежную борьбу в судах. Наше дело даже попало в Высший суд. В конце концов, я продала все свое имущество и переехала в Дуву, небольшую деревеньку поблизости.

ИС: Как доктор Натараджа Рамакришна обнаружил Вас?

СМ: В 1972 году состоялась конференция, организованная доктором Натараджей Рамакришной. Были приглашены все исполнители, музыканты, танцовщики с большим опытом в традиционных искусствах. Он увидел меня, как и многих других, и привез в Хайдарабад.
В его институте я была преподавателем Абхинайи. Если бы не его поддержка, я и до сих пор вела бы уединенную жизнь отшельницы.


ИС: Вы являетесь специалистом в толковании Адхьятмы Рамаяны, которую написал Мунипали Субрахманья Кави.

СМ: Да это поэма, часть Рамаяны, написанная в XVI столетии, она состоит из 108 песен, в которых история Рамы рассказывается от рождения и до его высшей коронации. Это совершенная поэзия, в этих песнях звучит классическая мелодика. В каждой песне заключена собственная сущность с кульминационной точкой накала. Адхьятама Рамаяна стала неотъемлемой частью репертуара многочисленных храмовых танцовщиц в регионах Годавари.

ИС: Какой была ваша реакция на получение награды от академии Сангит Натак?

СМ: Это все связано с Божьей милостью и доктором Натараджей Рамакришной, который сыграл важную роль в моем возвращении и дал возможность увидеть мир не дав мне остаться в затворничестве, в котором я была бы вынуждена находится. Я не существовала для остального мира, до того момента пока доктор Натараджа не обратил внимание на меня. Но в данный момент, я испытываю чувство удовлетворения от того, что сумела передать свои знания другим студентам, особенно моей ученице Таре Прийадаршини. Я счастлива то того, что песни и танцы в моем исполнении были записаны Центральной Академией Сангит Натак. Сегодня, благодаря милости Всевышнего, я довольна своей жизнью.

Оригинал фото:
http://www.idiva.com/opinion-work-life/the-dying-devadasi-tradition-in-india/35682
Хотя это и не широко известно, но многие из современных популярных индийских танцовщиков, певцов и музыкантов происходят от Девадаси. Одна из таких, стыдящихся своего родства с девадаси, Кишори Амонкар, певица, исполняющая традиционную индийскую музыку. В статье о ней (India Perspectives, 1991, by Rashmee Seghal) она откровенна рассказывает как страдала девочкой. «Она родилась в Гоа в 1931 году, ее мать, Могубхани Мудикар известная исполнительница, происходит из угнетенного слоя общества, Девадаси .Так что, хоть она и выросла в атмосфере музыки, в юности Кишори столкнулись со многими трудностями.
Она описывает один подобный инцидент: «Однажды я сидела на высокой ступени парапета храма Сомешвари в нашей родной деревне Курди, когда меня в довольно грубой форме попросили пересесть ступенью ниже. Почему? Я не могла понять. Я не двинулась с места. Впоследствии я узнала, что наш низкий социальный статус автоматически обязывает нас занимать место в самом низу »
«Это несправедливо обвинять во всем только Девадаси. Общество также ответственно за ее сегодняшнюю деградацию. Правительство должно оказывать не только профессиональную помощь, но и поощрять их артистические таланты, а не смотреть на них презрительно сверху вниз.»
— Сарид Маникьямма
Вопреки странным мнениям, в особенности бытующим среди западных писателей, храмовая традиция девадаси не была очередным плодом патриархального индийского общества или бессердечным индуистским институтом «религиозной проституции». Едва ли. Исток этой традиции лежит глубоко в Saiva Agamas (около 1500 года до н.э.), шиваитских духовных писаниях, которые превозносят её как честную и чистую служительницу культа, с особыми обязанностями, воспитанием и правилами поведения. И девадаси, и священнослужители были частью решения утончённой сакральной задачи пробуждения Шакти, божественной энергии Махадева, и преображения этого процесса в осязаемый опыт для преданных. Священнослужители (брамины, брахманы) использовали мантры на санскрите, девадаси – музыку, мудры (язык жестов) и танец. Оба считали себя «храмовыми служителями». Они вели себя со скромностью и чувством собственного достоинства, радостно занимались делами, приносившими небольшое мирское вознаграждение. Их глубочайшие свершения были полностью внутренними.

Оригинал фото:
http://www.sangha.com.ar/bailarinas-templo/
«Камикагама» (один из самый авторитетных текстов) описывает множество категорий ритуальных храмовых исполнительниц, включая Rudraganika, Rudrakkannikai и Rudradasi. Современный высший жрец Sadyojatasivacharya из отрывков Агамы делает следующее обобщение: «Рудраганике надлежит носить волосы убранными в узел выше ключиц, её талия должна быть украшена шафрановой тканью. Её надлежит наносить знак Шивы из трёх полос священным пеплом и носить рудракшу как единственное украшение. На ней должна быть шёлковая кофточка. Ачарья (духовный учитель молодых священнослужителей) проводит с ней Шивадикшу (обряд посвящения) и учит её Панчакшара-мантре («мантра пяти слогов» - одна из самых священных и широко практикуемых мантр шиваизма – «(Ом) намах шивайя») и повязывает ей золотой знак лингам (один из символов Шивы) на свадебное ожерелье. После всех трёх этапов, после того, как повязан ботту (лингам), ей необходимо станцевать нритту – чистый танец. Если это будет сделано с нечистыми похотливыми помыслами или иным в этом роде, правитель и страна будут уничтожены».

Другие течения – шактизм (культ Богини-Матери) и вайшнаизм (культ Вишну) в письменных источниках одобряли и принимали традицию девадаси. В своей деревне она считалась «вестником блага», истинным воплощением божественности. Верующие приглашали девадаси в свои дома на благоприятные события, особенно на свадьбы. Им оказывали почести и затем просили спеть и благословить. Они приходили группами по двое или больше, никогда поодиночке. Один храм в Пури отказался от девадаси: «Люди брали песок возле наших дверей (в качестве благословения) и браслеты из наших рук, чтобы отдать своим дочерям. Но сейчас люди думают о нас плохо, как о грешниках, и больше этого не делают».

Расписание жизни девадаси было жёстко установленным. Она выступала ежедневно или реже, в зависимости от того, сколько было прихожан в храме. Она жила в собственном маленьким домике, одна, на территории храма и ела как храмовый прасад (освящённую пищу), так и то, что готовила себе сама. Она вставала до рассвета, совершала своё поклонение Божеству и прибывала в храм со жрецами. Обычно она пела, освящала светильники и танцевала в двух разных местах: прямо перед внутренним святилищем и перед небольшими алтарями во внешних мандапам (павильонах для публичных ритуалов), где преданные возвышались духом через её священное поклонение. В другое время она выступала на фестивальных шествиях и представляла отрывки танцевальных драм, продолжавшихся круглый год и сохранявших индуистские учения и истории живыми.
Вечером она пела, но только вместе с наиболее почитаемыми «девадаси внутреннего круга», выступая на завершении последней пуджи (предложения образу божества подношений в виде пищи, воды, благовоний, цветов), проводя последний арати (предложение круговыми движениями лампады из топлёного масла божеству). Некоторые из обученных девадаси играли на флейте и вине.

Оригинал фото:
http://www.sangha.com.ar/bailarinas-templo/
Её «личная жизнь» - факты против фальсификаций
Ничто так не привлекает похотливые умы западных писателей, как личная жизнь девадаси. Французский миссионер, аббат Дюбуа, засеял почву для всевозможных поношений своими безосновательными заявлениями около 1800 года: «Когда храмовые обязанности девадаси выполнены, они открывают свои клетки бесчестия и часто превращают сам храм в гнилое место. Более бесстыдной и непристойной религии никогда не существовало среди цивилизованных людей». Другие западные писатели в дальнейшем закрепили этот извращённый образ. В ранних 1900-х гг. группы индийцев, пропитавшихся за десятилетия колониального владычества Англии её настроениями и морализаторскими взглядами христианства, объединились с полупризнанными обществом противниками индуизма и вели ожесточённые кампании против храмовых танцев. Некоторые необыкновенно храбрые девадаси, такие как Балаcарасвати и решительный брахман из сочувствующих Е. Кришна Иер поборолись против этих ярых «реформистов». Но безрезультатно. Храмы при поддержке закона были «очищены» к концу 1947 года. Древнее сакральное искусство было спешно и грубо передано дочерям брахманов из высшей касты, чтобы те, обучившись, выступали для «высокого» светского развлечения, как в балете. Таково положение дел и поныне.

По иронии уничтожение традиции девадаси только разгорячило наиболее радикальные деревенские религиозные практики. В них девочка «вступает в брак» с Богом или Богиней, но без служения в храме. Этих девушек часто называют jogtis (или, девадаси, как, смешивая понятия, выражается индийская пресса).
Они заботятся об изображении Божества и ежедневно поклоняются ему. Считаемые приносящими благо, они совершают молитвы в пяти домах каждый день и открыто признаются «публичными женщинами», религиозно одобряются деревенской общественностью. Правительства штатов запретили эту практику и отчаянно пытаются её искоренить.

В течение 1975-1981 антрополог Фредерик Апфель-Марглен, изучавшая индийский танец, приехала в Индию и подружилась с последней оставшейся храмовой девадаси из храма Джаганнатхи в Пури. Ещё выдающийся 400-страничный труд даёт трезвое и чувственное описание их традиции, Жён Богов и Правителей, честно воссоздаёт одну из самых ясных картин истинной традиции девадаси во всей её сложности.
Девадаси из Пури не раз повторяла Марглин, что отношения с «чужаками» (пилигримами) были строгим табу. Если у них были «связи» с прихожанами, их отстраняли. Известный факт, что они распределялись по семьям храмовых брахманов и не контактировали почти ни с кем иным. Слова Радхи, девадаси из Пури: «Сохранять связь лишь со служащими храмовыми брахманами и ни с кем иным. Почему же мне поступать иначе? Когда я достигла половозрелого возраста, я обменялась в свадебном обряде цветочными гирляндами со жрецом (вдовцом), в доме чьего брата я живу, и я всегда находилась в рамках этих отношений». Девадаси из Пури объясняли, что они росли бок о бок со жрецами и испытывали к ним естественные тёплые чувства, были близки, вместе с тем посвящая свою жизнь служению в храме. Жёны брахманов были полностью осведомлены о ситуации со «второй жёной», осознавали и понимали её. Пока не пришли «реформисты» об этом никто не беспокоился. Состоящих в не моногамных брачных отношениях христиан тогда не было. Годами девадаси, опасаясь, прятали эту сферу своей жизни, они болезненно осознавали, что и так просвещённое общество признаёт их проститутками. Теперь, деморализованные, разогнанные, они чувствуют, что им больше некому доверять, нечего терять, и у них ничего не осталось, кроме неискоренимой глубокой любви к религиозным песням и танцам.
ЗАКОН, ПРОКЛЯВШИЙ ТАНЕЦ
Солнце ярко сияло над Мадрасом 27 января 1948 года. Должно было быть обычное утро. Но когда новый выпуск журнала «Fort St. George Gazette» поразил улицы, раздались крики «ура!» и плач. Раздел о законах опубликовал давно ожидавшийся декрет о мадрасских девадаси: «The Madras Devadasis Act XXXI» (воспроизведён частично):
«Танцы женщин, с kumbhaharathy (храмовая лампада для ритуала арати в форме горшка) в руках или без оной в окрестностях храма или других религиозных местах, в шествиях верующих индуистов, перед статуей или иным объектом поклонения, установленным в храме, или на любом фестивале или церемонии, устраивающимися во славу божества, его статуи или иного объекта для поклонения, в настоящем признаётся незаконным… Любой человек, который показывает, разрешает или агитирует (храмовые танцы), наказывается… лишением свободы сроком на шесть месяцев.
…Женщина, принимающая участие в любом танцевальном или музыкальном представлении, считается избравшей жизнь проститутки и лишается права вступать в законный брак… и представления на любой (брачной) церемонии… проводимое до или после принятием сего Акта в настоящем признаётся незаконным».

С этого дня 35 000 храмов штата Тамил Наду запретили выступления любых женщин, девадаси они или нет. Сегодня индийские девушки выступают с сакральными танцами в тренировочных баскетбольных залах высших школ, арендуют помещения у центров христианских общин и холлы отелей. Храмы тем временем пустуют без божественных песен и танцев, за исключением редких шоу для туристов, как в Кхаджурахо.

Оригинал фото:
http://www.frontline.in/social-issues/seeing-beyond-sadir/article5444032.ece

Rukmini Devi Arundale – танцовщица, хореограф, теософ.
АМРАПАЛИ ИЗ ПУРИ
Амрапали была певицей и танцовщицей из храма Джаннатхи в Пуре и начинала в ранние годы. Когда ей было за двадцать, местный правитель внезапно изгнал её из храма. Она сказала, это произошло из-за того, что она отказалась выполнять его приказ делить с ним ложе (существовавшее веками право правителя). Другие говорят, что это произошло из-за того, что она какое-то время жила со своим «покровителем» в Калькутте, нарушая правило девадаси никогда не покидать город, где находится их храм.
Амрапали нарушила и другое правило, причём была одной из первых, кто так поступил. Когда она увидела свою традицию попранной и разрушенной реформистами, выступавшими против танцев, она обучила четырёх своих приёмных дочерей музыке и танцу, но выдала их замуж за мужчин из высших каст (включая одного брахмана), вместо того, чтобы посвятить их в девадаси. Четвёртую девушку она выдала за сына девадаси. Он стал танцором одисси и теперь преподаёт в танцевальной школе.
Сама Амрапали – выходец из касты карана, наследственных храмовых писцов, и была отдана в храм матерью в возрасте 9 лет. Она была высокообразованна, изучал литературу, писала стихи, считалась красавицей, вдохновенно танцевала и обладала необыкновенно сладостным, божественным голосом.

«Реформисты говорили, что лишь любовница своего «покровителя». Но он также был одним их моих гуру (наставников). Иногда он поклонялся мне, как божеству, наносил на меня сандаловую пасту и осыпал цветами, совершая пуджу в мою честь. Он был очень религиозен и построил храм и госпиталь».
В 1982 году Амрапали была счастлива, жила одна и общалась только в вайшнавским монастырём в Пури, поклонялась садху (святые мудрецы, йогины, аскеты) и вела с ними беседы.

ДЕВАДАСИ В СУДЕ
Первые судебные дела против девадаси появились в 1860х- в основном из-за мелочных обид храмовой верхушки, связанных с пожалованными девадаси храмовыми землями и их правом самим выбирать новых девадаси. Для тогдашней британской правовой политики характерно заявление Главного Судьи Бомбея: "по возможности избежать принятия каких-либо решений по вопросам индуизма, которые могли бы возмутить массы индуистов." Он писал: "Этот обычай (девадаси) не является отклонением от законов индуизма, и хотя он и противоречит западным моральным принципам, наши суды не должны преследовать девадаси только на этом основании."

Однако общественные активисты настаивали, что девушки, посвященные храму, ведут жизнь проституток, и требовали, чтобы суды запретили эту практику. Индийский Уголовный Кодекс принятый в 1861г, разрешал проституцию, но объявлял незаконной торговлю женщинами. Под давлением индийской элиты, которую смущала традиция, противоречащая, как убедили их представители Запада, " международным "моральным" стандартам".

Центральное правительство потребовало официальные отчеты от каждой провинции о масштабах и характере традиции Девадаси, и изучило индийское общественное мнение по этому вопросу. На что генерал- губернатор Мадраса ответил:" мнение большинства таково, что танцующие девушки-это неотъемлемая часть индийского ритуала, что их присутствие традиционно и необходимо на многих домашних торжествах." Легитимное закрепление постепенного уничтожения касты танцующих девушек большинство индуистов приняли бы крайне негативно. В Бомбее согласились и написали в ответ: "Вмешательство в давно сложившуюся и покоящуюся на религиозных устоях традицию не принесет никакой пользы." Эти девушки занимают определенное положение и выполняют определенные обязанности в индийских храмах, и с этой точки зрения их служение должно рассматриваться как законное и необходимое, и как таковые они должны признаваться гражданским судом.

Shashimani Devi, the last living Mahari of Jagannath temple and "human consort" of the Lord, passed away on Thursday at the age of 93 after a brief illness.
Существовало мнение, что танцующие девушки заслуживают толерантного отношения, поскольку, если они окажутся вне закона, они будут подвергаться всякого рода оскорблениям. Некоторые семьи не пожелают принимать их, поскольку не станет общественного института, оправдывающего их существование. Конечно, христианские миссии охотно примут их с целью обращения в христианство. Но поскольку большинство индусов считают смену религии, особенно на христианскую, гораздо худшим грехом, чем проституция, то такие действия возбудят серьезные религиозные возмущения и будут рассматриваться, как открытая пропаганда властями британской культуры. Однако на это был получен ответ: " Какой бы предосудительной ни казалась нам жизнь этих девушек, они занимаются подобной деятельностью не под давлением, и не являются изгоями в глазах своих единоверцев."
Британский Министр внутренних дел отвечал на заявления реформаторов, что посвящение девушек без их согласия - жестоко. "В Индии женщины лишаются возможности выбора задолго до 16-летия, и не важно, способны ли они к этому возрасту выбирать сознательно, так как им вообще редко предоставляется право выбора.

Изучив полученную информацию, Центральное Правительство заключило, что, независимо от размаха так называемых сексуальных эксцессов, традиция девадаси соответствует индуистским обычаям, и что существующие законы "о торговле людьми" предоставляют достаточную защиту, запрещая передавать или содержать девушек до 16 лет для занятия проституцией. Но рвение реформаторов возрастало, и некоторые судьи стали идти им на уступки. В 1880 Судья западного Бомбея назвал традицию храмовых танцовщиц своего округа "явно греховной и откровенно порочной тенденцией" и отказал девадаси в защите по гражданским законам.
Судья высокого Суда Мадраса возражал: "Как бы ни изменилось отношение индуистов Бомбея и Пуны к танцующим женщинам, не могу утверждать что произошли существенные изменения в отношении к ним большинства индуистского сообщества, в отличие от небольшого количества тех, кто попал под влияние западной культуры. "Но продолжающееся давление на суды, признававшие девадаси и их обычаи, со стороны Англии а также индийских и миссионерских организаций социальных реформ вынуждало правительств Британской Индии принять меры", отмечает Кей Джордан.

В 1912г парс и индуист М. Мудхолкар снова ввел законодательство "о защите женских меньшинств", ставившее целью запретить систему девадаси. Он заключил:" Ни индуизм, который исповедуется сейчас, ни индуизм, каким его создали риши, не признавал систему девадаси. Для них это было отвратительно." И это стало первым случаем морального осуждения со стороны мужской части индуистского сообщества". Доктор Индира Висванатан Петерсон так объясняла этот феномен: "Реакция индийцев на британскую культуру была противоречивой: они стали великими реформаторами, но в то же время подавляли наиболее эротичные и сексуально свободные аспекты женской культуры, тем самым делая индийское общество более сдержанным и консервативным", Девадаси или храмовые танцовщицы теперь рассматривались как бесстыдные проститутки, хотя раньше подход к ним был иным. И это произошло потому, что индийские мужчины старались показать британцам, что они высокоморальны в Христианском, Викторианском понимании морали."

Оригинал фото:
http://www.eambalam.com/samaagama/frames.php?id=9
Все это время вопрос о так называемой проституции оставался пятном на традиции девадаси. Законодательное Собрание Мадраса в 1924г писало: "Мы не можем однозначно заключить, является ли деятельность девадаси проституцией." Центральное Правительство в целом соглашалось: "Даже если верно, что во многих отношениях храмовое посвящение практически не отличается от проституции, нам следует быть осторожными с официальным заявлением по этому поводу, поскольку этого не признают индуисты".

Бомбею и Мадрасу рекомендовали ужесточить законодательство против торговли женщинами и скорее поддерживать "женские ассоциации бдительности" в их борьбе с проституцией, чем ставить девадаси вне закона. Позднее, в 1929г, Др М.Рэдди, женщина-брахман и член законодательного собрания, запустила свирепую анти-танцевальную кампанию, требуя полного уничтожения системы девадаси- "возмутительного обычая допускающего безнравственную торговлю женщинами. Главы храмов и безграмотное простонародье вообразили, будто бы богам в храмах нужны эти даси для служения,"- добавила она. -"Боги в храме не нуждаются ни в танце, ни в музыке"- громыхал мистер Каран, индуист. "Утверждать, что религия нуждается во всей этой ерунде - просто богохульство".

"Не истребляйте нас" - все 60 лет законодательных гонений девадаси оставались безмолвны. Яростные атаки Док. Редди вынудили их отказаться от 60- летнего молчания, и на Мадрасское законодательное собрание посыпались тысячи протестов и умоляющих писем, подписанных девадаси. Одно из писем выделим особо. Оно было подписано "Представительницами девадаси округа Мадрас" и "Ассоциацией девадаси района Тинвели". Они страстно умоляли позволить им выжить. Они отрицали обвинения в проституции и горько жаловались, что их заклеймили этим позором. Они признавали, что некоторые представительницы их общества занимаются проституцией и предлагали, чтобы с этими женщинами обходились по закону. Они утверждали: "Мы также необходимы для пропаганды религии, как и саньяси. Нас можно сравнить с женщинами саньяси прикрепленными к соответствующим храмам. Мы невесты Бога и посвящаем себя Ему." "Они описывают себя", писал Кей Джордан,"как ангелов-хранителей танца и музыки, их преданность своему делу выдерживает сравнение с пылом пандитов, предпочитающих чтение Вед новомодным развлечениям." В письмах они цитировали "Sаiva Agamas", находя в священных книгах корни своей традиции."

Шива сказал: "Дабы умилостивить меня во время пуджи (молитвы), необходимо совершать ежедневные танцевальные поклонения. Совершаться они должны девушками из соответствующих семей, в присутствии и под музыкальное сопровождение пяти ачарья (наставников)". И так как текст "Agamas" почитается каждым индуистом, каким бы современным и образованным он ни был, почему не может наше сообщество процветать, как необходимая часть храмового служения. Они утверждали, что намерение Др. Рэдди уничтожить их традицию стало бы наказанием всех за ошибки единиц.

Оригинал фото:
http://www.magnumphotos.com/
"Предлагая данный закон, представители власти пытаются навсегда покончить с нашей общиной. Такой закон неприемлем в цивилизованном мире." Они пылко просили, обращаясь к властям: "Дайте нам религиозное, общее и художественное образование, чтобы мы смогли как в прежние времена занимать достойное положение. Обучите нас древним текстам. Раскройте перед нами красоту "Гиты" и "Рамаяны", объясните нам "Agamas" и обряды и правила поклонения." Они были убеждены, что такое обучение вдохновит девушек девадаси следовать по пути таких женщин-святых как: "Маитрэйа, Гарджи и Манитекалаи, а также исполнительниц Вед, чтобы со временем они снова стали проповедниками морали и религии...Вы, похваляющиеся своей заботой и любовью к малым общинам! Мы молимся, чтобы вы позволили нам выжить и заслужить свое спасение. И проявить себя в практике джнани бхакти.
Позвольте нам сохранить и пронести огонь индийской религии среди сгущающихся туманов и бурь наступающего материализма и донести миру послание Индии." Несмотря на горячие протесты И. Криша и мадрасской части общины, поддерживающей искусство, Др. Рэдди и женская англиканская лига оказались сильнее. И в 1927г возмутительный закон против девадаси был принят, с последующим полным уничтожением данной касты в 1947. Танец был низведен до светского искусства, переименован в Бхаратанатьям, а затем был освоен, стилизован и преподавался в основном замужними женщинами, принадлежащим к касте брахманов.
ДЕВАДАСИ НЕ СООТВЕТСТВУЮТ ЗАПАДНОЙ МОРАЛИ
Тереза Хубел

Когда я только начинала учиться танцу в доме у своей гуру в Кингстоне, в Канаде, я была увлечена идеей о девадаси. Я не могла найти о них достаточно информации и стала подозревать, что на всё, окружающее историю этих храмовых танцовщиц и их изгнание из основных составляющих индийской культуры, наложен обет молчания. В итоге я узнала, что они были посвящены Богу, даже выданы за Него замуж и танцевали для Него в храмах. Но, что более важно, я узнала, что эти женщины должны были уметь в высшей степени выражать то, к чему я так стремилась в своей духовной жизни – любовь к Богу.

Сил, что опустили их до позиции маргиналов в индийском обществе, было много. Люди из широкого социально-политического круга способствовали упразднению храмового посвящения. Они хотели спасти девадаси от того, что считали «угнетением» от вышестоящего класса мужчин. Тому, что у них сформировалось такое представление об «угнетённых» девадаси, способствовала анти-танцевальная кампания (Anti-Nautch campaign) в конце XIX – начале ХХ века. Эта кампания была частью новых взглядов и верований поднимающегося индийского среднего класса – по большей части индийцев мужчин, обученных и воспитанных по европейским стандартам, подверженных влиянию западного мировосприятия. Они были серьёзно настроены ликвидировать те обычаи, которые виновны в подавлении индийских женщин, например, браку девочек, не достигших половой зрелости, женского затворничества, многожёнства и запрета повторного выхода замуж для вдов. С нашей точки зрения, сейчас, в 1990е годы, их усилия в этих областях безусловно достойны похвалы.

Рукмини Деви

Оригинал фото:
http://india-bharat.2x2forum.com/t77-topic
Но проблема в мышлении людей названного среднего класса в том, что они смешивали воедино всех индийских женщин, не видя разницы между девадаси с их выходом замуж за Божество храма, с их связями с определёнными здоровыми мужчинами, которые были для них сексуальными партнёрами и денежными покровителями, с их матрилинейными традициями, и другими индийскими обычаями, с которыми часто были связаны гонения женщин и причинение им страданий. Для них девадаси и маленькая девочка-невеста одинаково были эксплуатируемыми представительницами женского пола.
Эти люди были заинтересованы в создании общества, признающего только один вид брака – моногамию и поддерживающего только женщин, подходящих для роли жены и матери в союзе с мужчиной из среднего класса. И девадаси не вписывались в эту новую Индию.

Оригинал фото:
https://ru.pinterest.com/pin/408209153700253145/
Но девадаси продолжали существовать и существуют в определённых областях Индии и сегодня, что означает невозможность из полного уничтожения. И, несмотря на то, то они были очень сильно притеснены, тем не менее они приложили руку к воспитанию и обучению как минимум двух поколений танцоров, и кое-где в Индии по сей день исполняют некоторые ритуалы в храмах и действуют в качестве ценных членов своего сообщества. Вопрос об их сексуальности и сексуальной жизни весьма непрост. Все всяких сомнений, что в Южной Индии были девадаси, которых принудили заниматься проституцией, и которые, будь на то их воля, ни за что не выбрали бы эту «профессию». Хотя есть и другие, которые не сожалеют о своём образе жизни и искренне верят, что сами его избрали. Мы должны быть осторожны и избегать обобщений в теме о девадаси, вместо этого стремиться к созданию законной и политически подкреплённой ситуации, которая даст этим женщинам право выбора. Вместо того чтобы пытаться вытеснить девадаси из истории, возможно, пора вписать их в действительность.

Тереза Хубел – доцент английского отделения в университете Святой Марии в Галифаксе, Канада. Одно из её хобби – танцевать бхаратанатьям.

Перевод: Светлана Ломова, Алина Миронова, Cтояна Cеменова

Источники:
http://www.hinduismtoday.com/modules/smartsection/ite..
http://soc.culture.indian.narkive.com/V202Aei2/devada..